Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (пока оценок нет)
Загрузка...

Мифы и правда о лечении стволовыми клетками

Мифы и правда о лечении стволовыми клетками

XXI век называют веком клеточных технологий, но даже врачи относятся к ним по-разному. Одни верят в суперспособности стволовых клеток, другие, наоборот, считают их опасными. Как отличить мифы от реальности, «Доктор Питер» узнал у Натэллы Енукашвили, к.б.н., руководителя научных проектов «Покровского банка стволовых клеток».

Организм человека состоит из миллиардов стволовых клеток, которые должны регулярно самообновляться, чтобы поддерживать работу всех органов и систем. Но с возрастом или в связи с болезнью сокращается и их число, и их активность. Тогда на помощь приходит трансплантация стволовых клеток: уже появились способы их получения, размножения (культивирования) и дифференцировки – ориентации в нужном направлении.

Современные достижения науки позволяют получать стволовые клетки из спинного мозга, жировой ткани, пуповинной крови, плаценты. Они обещают безграничные возможности клеточной медицине – с ней связывают излечение самых тяжелых болезней.

Но, как все новое, это научное направление окружено мифами и домыслами. Так, самыми распространенными остаются опасения в том, что клеточные технологии неэффективны и опасны — существуют риски развития онкологического заболевания и аллергических реакций, риски инфицирования. Натэлла Енукашвили, руководитель научных проектов «Покровского банка стволовых клеток» объясняет, почему эти опасения несостоятельны и развенчивает самые распространенные мифы.

Миф №1. Использование клеточных технологий чревато риском инфицирования опасными инфекционными заболеваниями.

— В законодательстве четко регламентированы правила производства биомедицинских клеточных продуктов. По сути, они очень сходны с правилами, принятыми для фармпроизводств и основаны на стандартных требованиях GMP. То есть это очень тщательный входной контроль клеточного материала – все образцы клеток тестируются на ВИЧ-1, ВИЧ-2, гепатиты В и С. Следующий этап — контроль производства, которое должно быть абсолютно чистым. Затем — контроль на выпуске партии клеточного продукта, в процессе которого добавляются исследования на такие инфекции, как микоплазма, цитомегаловирус, токсоплазма, все инфекции, передающиеся половым путем. Таким образом, все риски инфицирования сводятся к нулю.

Миф №2. Для культивирования клеток используются продукты животного происхождения, значит, они могут вызывать аллергию. Реакцию могут вызывать и стволовые клетки другого человека (аллогенные).

— Действительно, стандартная технология клеточного культивирования (размножения) подразумевает использование продуктов животного происхождения (обычно их получают из органов крупного рогатого скота). Эти продукты могут спровоцировать аллергическую реакцию. Поэтому сейчас их применяют только в лабораторных условиях, а для культивирования клеток для лечения, используются реагенты, производящиеся без животных компонентов.

Что касается аллергии на собственно клетки, то при лечении своими стволовыми клетками (аутологичными), по понятным причинам, аллергической реакции быть не может. А чтобы не возникло реакции на чужеродные — аллогенные клетки, стараются удлинить интервалы между их введением до 3-4 недель. При аллергических проявлениях курс лечения прерывают, но на самом деле при правильном введении препарата серьезные аллергические осложнения крайне редки.

Наш опыт говорит о том, что при правильно подобранной схеме лечения, нет никаких аллергических реакций на клеточные компоненты. Для подстраховки, прежде чем приступать к терапии, можно выполнить стандартные пробы – введение препарата в малых дозах, чтобы проверить реакцию организма.

Миф №3. Стволовые клетки могут превращаться в опухолевые и провоцировать развитие онкологических заболеваний.

— В мире проведено уже более 500 клинических испытаний, первая фаза которых выполняется для проверки безопасности, и до сих пор ни в одном не было получено каких-либо данных об онкологической опасности, не было зарегистрировано ни одного образования опухоли. Хотя теоретически риск возможен. Поэтому все полученные клетки, как для аутотрансплантации, так и для аллогенной трансплантации, обязательно тестируются на туморо- и онкогенность. Туморогенность предполагает, что клетки самостоятельно трансформируются в опухолевые, а онкогенность предполагает, что клетки, которые мы ввели, действуют на клетки реципиента так, что они перерождаются. Поэтому они обязательно проверяются теми же методами, что и при производстве фармпрепаратов, – некоторая часть препарата вводится специальным животным (бестимусным мышам – то есть не имеющим своего иммунитета) и если какая-то опухолевая клетка к ним попадает, опухоль проявляется. Это стандартный метод тестирования и на сегодня самый надежный. Закон о биомедицинских продуктах предполагает, что для любого клеточного препарата оно должно быть проведено.

Когда речь идет об аллогенной трансплантации, то риск развития опухоли даже теоретически маловероятен: клетки, пересаженные от одного человека к другому, хоть и не отторгаются, но и долго не живут, они погибают приблизительно через месяц. И это нивелирует риски. А сращение костной ткани, образование хрящевой ткани, противовоспалительный, ранозаживляющий и иммуномодулирующий эффекты они оказывают за счет того, что стимулируют собственные клетки пациента.

Миф №4. Использование клеточных технологий может быть только индивидуальным, а стоимость такого лечения не позволит сделать эту методику массовой, значит, у нее нет будущего.

— Производством клеточных препаратов для аутотрансплантации конкретному человеку продолжат заниматься клиники, подобные «Покровскому банку», это, действительно, никогда не будет задачей коммерческих производств. Для большого бизнеса рентабельно производство только аллогенных препаратов. Это удобно – производишь продукт и сертифицируешь всю партию. Поэтому производители пытаются решить проблему получения большого количества стволовых клеток из так называемых утилизируемых тканей. То есть, их получение не должно сопровождаться болезненными ощущениями и при этом приемлемо с этической точки зрения – речь идет, например, о пупочных канатиках, плаценте. За рубежом такие предприятия уже существуют.

Миф №5. Клеточные технологии остаются областью экспериментальной медицины так долго из-за того, что не получены доказательства их эффективности.

— Это не так. Многие клеточные технологии уже вошли в клиническую практику, и их эффективность доказана, как в теории, так и на практике. Больше всего проведено клинических испытаний и накоплено данных по применению стволовых клеток в травматологии и ортопедии. В зависимости от поражения, оно приводит к полному или частичному восстановлению хрящевой и костной ткани. Врачи хорошо видят этот эффект. Сейчас в Канаде завершается третья фаза клинических испытаний по применению стволовых клеток другим способом – они вводятся в область коленного сустава и в результате восстанавливается хрящевая ткань. Частично это происходит за счет того, что клетки заселяют поверхность сустава, частично — за счет того, что они стимулируют собственные клетки пациента, благодаря чему восстановленная хрящевая ткань состоит не из трансплантированных чужеродных, а из собственных клеток пациента. Аналогичные исследования проводились и в Покровском банке. Мы получили очень сходные результаты.

Другой пример — дермальный эквивалент, то есть кожа, выращенная для пациента, пострадавшего от ожогов. Этот клеточный продукт зарекомендовал себя уже давно. 10 лет назад петербургские врачи получили премию «Призвание» за спасение с его помощью подростка с 95-процентным ожогом кожи. Совсем недавно в Нижнем Новгороде благодаря дермальному эквиваленту спасли ребенка с 80-процентным ожогом.

Эффективность клеточных технологий на самом деле имеет большую доказательную базу. Но результаты их клинического применения очень зависят от врача и от биолога, которые проводят лечение – использованию этого метода терапии, как и любого другого, нужно учиться. Надо подготовить правильно клетки, очень тщательно рассчитать их количество, своевременно разморозить и организовать транспортировку так, чтобы успеть использовать в течение 8 часов…

В Педиатрическом университете уже разработан, а в СЗГМУ им. Мечникова готовится курс обучения по применению стволовых клеток. Читать его будут наши специалисты, надеемся, что результатом для практикующих врачей станет полное понимание когда, при каких заболеваниях и как следует использовать клеточную терапию.

Миф №6. Клеточная терапия – терапия отчаяния, но с ее помощью можно вылечить все.

— Так сложилось, что одни врачи не доверяют методам лечения стволовыми клетками, другие, наоборот, уверены в их всемогуществе. Но нужно понимать, что регенеративная терапия работает только как элемент комплексного лечения — традиционными методами и методами самой регенеративной терапии. Мы всегда объясняем это своим пациентам.

Кроме того, регенеративная терапия не всегда способна полностью вылечить человека, но то, что она может почти всегда – это уменьшить проявление симптомов или замедлить скорость развития заболевания. Для многих пациентов это очень важно. Например, для пациентов с сахарным диабетом 1-го типа. После курса лечения наступает ремиссия на 0,5 года – год, в течение этого времени некоторые пациенты могут даже отказаться от инсулина, замедляется прогресс заболевания, улучшаются биохимические показатели крови. Но болезнь не исчезает насовсем. Если в случае с переломом костей эффект виден сразу (человеку сняли гипс не через 2 месяца, а через 3 недели), то тут настолько явного результата нет, но пациенту становится легче.

Клеточные технологии, как любой медицинский метод, имеет свои ограничения. Кроме того, аргументом «за» его применение или «против» становятся многие факторы – возраст, сопутствующие патологии, природа заболевания и т.д. А иллюзии часто наносят такой же вред, как и отчаяние.

В Европе ежегодно проводится 40 000 трансплантаций стволовых клеток, из них около 1000 – клеток, полученных из пуповинной крови. В Испании трансплантация стволовых клеток пуповинной крови составляет 50% от всех трансплантаций клеток.

Покровский банк стволовых клеток – один из крупнейших биобанков России. Сейчас на хранении в нем находится почти 7000 образцов пуповинной крови (3700 – именное хранение, 3200 – бесплатное, регистровое) и почти 1000 образцов мезенхимных стволовых клеток пупочного канатика (именное и регистровое хранение), жировой ткани, костного мозга. По статистике банка, по запросам врачей изымается примерно 10% хранимых биоматериалов.

Вместе с ведущими медицинскими и научными учреждениями Петербурга Покровский банк разрабатывает биомедицинские клеточные продукты в области травматологии и ортопедии, комбустиологии, акушерстве и гинекологии и т.д., проводит научные исследования (в том числе поддержанные грантами) в области клеточной и молекулярной биологии.

В Покровском банке проводятся клинико-лабораторные и молекулярно-биологические исследования, например, пренатальное неинвазивное определение резус-фактора и пола плода по крови матери.

Лечение стволовыми клетками — миф или реальность?

Лечение стволовыми клетками — одна из основных надежд медиков и едва ли не главный страх пациентов. Несмотря на то, что клинические исследования до сих продолжаются, во многих странах мира открываются и набирают популярность клиники, обещающие исцеление с помощью этих самых клеток. Мифы и правда, законы и достижения науки — мы постарались разобраться во всех противоречиях.

Стволовые клетки медики, шутя, называют идеальными приспособленцами. По сути, это клетки организма, не имеющие конкретной специализации. Они могут многократно делиться и превращаться в компоненты крови или образовывать самые разные ткани. Различают два основных вида стволовых клеток — эмбриональные и взрослые. Эмбриональные стволовые клетки воистину уникальны, из них формируется весь организм, и они обладают способностью стать любым типом ткани. Как подсказывает название, эмбриональные клетки получают из клеточной массы на ранней стадии развития эмбрионов. Взрослые стволовые клетки присутствуют в сформировавшемся организме и имееют дифференциацию, то есть образуют только определенные виды клеток в зависимости от потребностей организма, например: клетки крови, соединительной, нервной и мышечной ткани, а также отдельные органы.

Читайте также:  Как воспитать свой характер?

С чего все начиналось?

Первое применение стволовых клеток в медицине связано с трансплантацией костного мозга, где их содержится больше всего. Как известно, сегодня эта процедура может спасти жизнь при многих онкозаболеваний, в частности лейкемии. Кроветворные клетки пациента уничтожаются с помощью химиотерапии, а стволовые клетки из пересаженного костного мозга начинают активно делиться и так, по сути, обновляют кровь. Одна из проблем, которая осложняет во многих случаях трансплантацию, – это поиск донора. Обращение к базе доноров стоит дорого, а поиск совместимого донора занимает время, которого часто нет. Поэтому остро стоит вопрос – есть ли альтернатива стволовым клеткам из костного мозга?

Медицинская этика

Больше всего стволовых клеток содержится в эмбрионах человека. Как мы писали выше, эмбриональные стволовые клетки универсальны — они могут формироваться в любую ткань организма. Вопрос о том, насколько этично использовать эмбриональные стволовые клетки до сих пор разделяет как медицинские круги, так и общественность. Особенно остро стоит проблема в католических странах, где оплодотворенная клетка уже считается живым организмом. Еще в 2011 году Европейский суд запретил патентовать лечебные методики с использованием эмбриональных стволовых клеток. Однако некоторые европейские страны (Великобритания, Германия) все же активно проводят исследования и применяют экспериментальные препараты на основе стволовых клеток. Подобных проблемы не заострялись в Азии — возможно, именно поэтому Китай и Сингапур сегодня считаются основными лидерами в области исследования стволовых клеток. В США только недавно были сняты ограничения на редактирование генома человека — это даст новый толчок исследованиям и относительно стволовых клеток. В России и Украине идут полным ходом исследования, однако регулирующей базы до сих пор нет.

Источники стволовых клеток

На сегодняшний день для лечения в основном используются мезенхимальные стволовые клетки взрослого организма. Главными источниками стволовых клеток (МСК) являются:

1. МСК пупочного канатика

Данный вид стволовых клеток получают из пуповинной ткани после рождения ребенка. Их получить просто и безопасно: ввиду плацентарного барьера клетки из пуповины защищены от бактериального и вирусного инфицирования. При этом количество МСК в пуповинной ткани в 10-30 раз больше, чем в пуповинной крови. Причем это стволовые клетки молодые, еще «не работавшие», поэтому их потенциал выше — они быстрее приживаются, практически не вызывают отторжения и мгновенно начинают восстановление поврежденного участка. Их экстрагирование, в отличие от эмбриональных стволовых клеток, не вызывают этических противоречий, поскольку пуповина обычно утилизируется.

2. МСК костного мозга

Как мы писали выше, именно мезенхимальные стволовые клетки костного мозга впервые успешно использовались в медицине. Но если говорить об использовании стволовых клеток собственного костного мозга, то нужно учитывать, что с возрастом их количество уменьшается, поэтому этот способ не подходит для пожилых пациентов. Сама процедура простая и совершенно безопасная: пациенту проводят пункцию подвздошной кости под местной анестезией и производится забор стволовых клеток.

3. Мобилизация стволовых клеток

Мобилизация стволовых клеток — уникальная запатентованная разработка израильского профессора Шимона Славина. Данная методика позволяет мобилизовать и вырастить МСК в самом организме, без необходимости в проведении процедуры «в пробирке « и временных затрат на «выращивание» стволовых клеток. Ограничением для данной процедуры является возраст пациента, так как с годами снижается количество МСК и их эффективность. Стволовые клетки мобилизуются различным инновационным медицинским оборудованием и при помощи инъекций факторов роста клеток. В дальнейшем проводится прицеливание и направление циркулирующих стволовых клеток в любой орган или ткань. Таким образом происходит восстановление или замена поврежденных клеток.

Профессор Шимон Славин

Профессор Шимон Славин является одним из крупнейших израильских и мировых авторитетов в области онкологии, иммунотерапии и лечении стволовыми клетками. В течение многих лет он руководил отделением по трансплантации костного мозга в израильской больнице «Хадасса» и совершил ряд открытий в онкологии и других областях медицины.

Профессор Славин является автором новейших методов лечения, которые принесли ему мировую славу. В 2009 году профессор Славин создал в Тель-Авиве Центр клеточной терапии и иммунотерапии рака (ICTC), куда стали обращаться онкологические пациенты из Израиля и зарубежа.

В 2016 году решением Минздрава Израиля в соответствии с новой поправкой «Закона о регуляции стволовых клеток», работа центра ICTC была приостановлена, в связи с основным видом деятельности – приготовлением стволовых клеток в пробирке. В том же году, был открыт инновационный Центр иммунотерапии рака, регенеративной и антивозрастной медицины «Biotherapy», деятельность которого соответствует новым положениям закона.

3 мифа о стволовых клетках

Стволовыми клетками можно вылечить все болезни

На сегодняшний день наиболее перспективным считается применение стволовых клеток для лечения нейродегенеративных заболеваний (болезни Паркинсона, Альцгеймере, БАС — боковом амиотрофическом склерозе); аутоиммунных заболеваний (системная склеродермия, болезнь Крона, язвенный колит, дерматит); ишемического инсульта головного мозга и сахарного диабета.

Стволовые клетки вне закона, а те, кто предлагает такое лечение – мошенники

Лечение стволовыми клетками — относительно новое направление медицины, поэтому до сих пор не создана единая регулирующая база и не сформированы протоколы лечения. Любая процедура «в пробирке» (in vivo), предполагающая использование биологического материала, в частности стволовых клеток, требует специального разрешения на такой вид деятельности. Поэтому подобные манипуляции разрешены лишь в определенных странах мира и часто лишь ограниченному кругу ученых и врачей. Отчасти развитие клеточной медицины тормозит путаница, возникшая между понятиями эмбриональных клеток и зрелых мезенхимальных стволовых клеток (МСК). С использованием первых связано множество этических и религиозных вопросов, а также неудачных медицинских экспериментов, в то время как вторые (МСК) согласно исследованиям, зачастую способны излечивать ранее неизлечимые заболевания.

Остается надеяться, что с преодолением бюрократических барьеров, будет создана единная регуляторная база, благодаря которой пациенты во всем мире смогут получить новейшее лечение.

Лечение стволовыми клетками опасно

За последнее десятилетие более чем 500 пациентов прошли лечение стволовыми клетками (МСК) по технологии клеточной терапии в Тель-Авиве. Ни у одного из пациентов не было выявлено серьезных побочных эффектов. Тем не менее, при выборе клиники всегда следует проверять, владеет ли она лицензией для проведения подобной терапии и какой у нее опыт работы в этой области.

Мифы и правда о лечении стволовыми клетками

Читайте также
Статьи по теме

XXI век называют веком клеточных технологий, но даже врачи относятся к ним по-разному. Одни верят в суперспособности стволовых клеток, другие, наоборот, считают их опасными. Как отличить мифы от реальности, «Доктор Питер» узнал у Натэллы Енукашвили, к.б.н., руководителя научных проектов «Покровского банка стволовых клеток».

Организм человека состоит из миллиардов стволовых клеток, которые должны регулярно самообновляться, чтобы поддерживать работу всех органов и систем. Но с возрастом или в связи с болезнью сокращается и их число, и их активность. Тогда на помощь приходит трансплантация стволовых клеток: уже появились способы их получения, размножения (культивирования) и дифференцировки – ориентации в нужном направлении.

Современные достижения науки позволяют получать стволовые клетки из костного мозга, жировой ткани, пуповинной крови, плаценты. Они обещают безграничные возможности клеточной медицине – с ней связывают излечение самых тяжелых болезней.
Но, как все новое, это научное направление окружено мифами и домыслами. Так, самыми распространенными остаются опасения в том, что клеточные технологии неэффективны и опасны — существуют риски развития онкологического заболевания и аллергических реакций, риски инфицирования. Натэлла Енукашвили, руководитель научных проектов «Покровского банка стволовых клеток» объясняет, почему эти опасения несостоятельны и развенчивает самые распространенные мифы.

Миф №1 Использование клеточных технологий чревато риском инфицирования опасными инфекционными заболеваниями.
— В законодательстве четко регламентированы правила производства биомедицинских клеточных продуктов. По сути, они очень сходны с правилами, принятыми для фармпроизводств и основаны на стандартных требованиях GMP. То есть это очень тщательный входной контроль клеточного материала – все образцы клеток тестируются на ВИЧ-1, ВИЧ-2, гепатиты В и С. Следующий этап — контроль производства, которое должно быть абсолютно чистым. Затем — контроль на выпуске партии клеточного продукта, в процессе которого добавляются исследования на такие инфекции, как микоплазма, цитомегаловирус, токсоплазма, все инфекции, передающиеся половым путем. Таким образом, все риски инфицирования сводятся к нулю.

Миф №2 Для культивирования клеток используются продукты животного происхождения, значит, они могут вызывать аллергию. Реакцию могут вызывать и стволовые клетки другого человека (аллогенные).
— Действительно, стандартная технология клеточного культивирования (размножения) подразумевает использование продуктов животного происхождения (обычно их получают из органов крупного рогатого скота). Эти продукты могут спровоцировать аллергическую реакцию. Поэтому сейчас их применяют только в лабораторных условиях, а для культивирования клеток для лечения, используются реагенты, производящиеся без животных компонентов.

Что касается аллергии на собственно клетки, то при лечении своими стволовыми клетками (аутологичными), по понятным причинам, аллергической реакции быть не может. А чтобы не возникло реакции на чужеродные — аллогенные клетки, стараются удлинить интервалы между их введением до 3-4 недель. При аллергических проявлениях курс лечения прерывают, но на самом деле при правильном введении препарата серьезные аллергические осложнения крайне редки.
Наш опыт говорит о том, что при правильно подобранной схеме лечения, нет никаких аллергических реакций на клеточные компоненты. Для подстраховки, прежде чем приступать к терапии, можно выполнить стандартные пробы – введение препарата в малых дозах, чтобы проверить реакцию организма.

Миф №3 Стволовые клетки могут превращаться в опухолевые и провоцировать развитие онкологических заболеваний.
— В мире проведено уже более 500 клинических испытаний, первая фаза которых выполняется для проверки безопасности, и до сих пор ни в одном не было получено каких-либо данных об онкологической опасности, не было зарегистрировано ни одного образования опухоли. Хотя теоретически риск возможен. Поэтому все полученные клетки, как для аутотрансплантации, так и для аллогенной трансплантации, обязательно тестируются на туморо- и онкогенность. Туморогенность предполагает, что клетки самостоятельно трансформируются в опухолевые, а онкогенность предполагает, что клетки, которые мы ввели, действуют на клетки реципиента так, что они перерождаются. Поэтому они обязательно проверяются теми же методами, что и при производстве фармпрепаратов, – некоторая часть препарата вводится специальным животным (бестимусным мышам – то есть не имеющим своего иммунитета) и если какая-то опухолевая клетка к ним попадает, опухоль проявляется. Это стандартный метод тестирования и на сегодня самый надежный. Закон о биомедицинских продуктах предполагает, что для любого клеточного препарата оно должно быть проведено.
Когда речь идет об аллогенной трансплантации, то риск развития опухоли даже теоретически маловероятен: клетки, пересаженные от одного человека к другому, хоть и не отторгаются, но и долго не живут, они погибают приблизительно через месяц. И это нивелирует риски. А сращение костной ткани, образование хрящевой ткани, противовоспалительный, ранозаживляющий и иммуномодулирующий эффекты они оказывают за счет того, что стимулируют собственные клетки пациента.

Читайте также:  Использование видеонаблюдения для контроля за поведением работников

Миф №4 Использование клеточных технологий может быть только индивидуальным, а стоимость такого лечения не позволит сделать эту методику массовой, значит, у нее нет будущего.
— Производством клеточных препаратов для аутотрансплантации конкретному человеку продолжат заниматься клиники, подобные «Покровскому банку», это, действительно, никогда не будет задачей коммерческих производств. Для большого бизнеса рентабельно производство только аллогенных препаратов. Это удобно – производишь продукт и сертифицируешь всю партию. Поэтому производители пытаются решить проблему получения большого количества стволовых клеток из так называемых утилизируемых тканей. То есть, их получение не должно сопровождаться болезненными ощущениями и при этом приемлемо с этической точки зрения – речь идет, например, о пупочных канатиках, плаценте. За рубежом такие предприятия уже существуют.

Миф №5 Клеточные технологии остаются областью экспериментальной медицины так долго из-за того, что не получены доказательства их эффективности.
— Это не так. Многие клеточные технологии уже вошли в клиническую практику, и их эффективность доказана, как в теории, так и на практике. Больше всего проведено клинических испытаний и накоплено данных по применению стволовых клеток в травматологии и ортопедии. В зависимости от поражения, оно приводит к полному или частичному восстановлению хрящевой и костной ткани. Врачи хорошо видят этот эффект. Сейчас в Канаде завершается третья фаза клинических испытаний по применению стволовых клеток другим способом – они вводятся в область коленного сустава и в результате восстанавливается хрящевая ткань. Частично это происходит за счет того, что клетки заселяют поверхность сустава, частично — за счет того, что они стимулируют собственные клетки пациента, благодаря чему восстановленная хрящевая ткань состоит не из трансплантированных чужеродных, а из собственных клеток пациента. Аналогичные исследования проводились и в Покровском банке. Мы получили очень сходные результаты.
Другой пример — дермальный эквивалент, то есть кожа, выращенная для пациента, пострадавшего от ожогов. Этот клеточный продукт зарекомендовал себя уже давно. 10 лет назад петербургские врачи получили премию «Призвание» за спасение с его помощью подростка с 95-процентным ожогом кожи. Совсем недавно в Нижнем Новгороде благодаря дермальному эквиваленту спасли ребенка с 80-процентным ожогом.
Эффективность клеточных технологий на самом деле имеет большую доказательную базу. Но результаты их клинического применения очень зависят от врача и от биолога, которые проводят лечение – использованию этого метода терапии, как и любого другого, нужно учиться. Надо подготовить правильно клетки, очень тщательно рассчитать их количество, своевременно разморозить и организовать транспортировку так, чтобы успеть использовать в течение 8 часов…
В Педиатрическом университете уже разработан, а в СЗГМУ им. Мечникова готовится курс обучения по применению стволовых клеток. Читать его будут наши специалисты, надеемся, что результатом для практикующих врачей станет полное понимание когда, при каких заболеваниях и как следует использовать клеточную терапию.

Миф №6 Клеточная терапия – терапия отчаяния, но с ее помощью можно вылечить все.
— Так сложилось, что одни врачи не доверяют методам лечения стволовыми клетками, другие, наоборот, уверены в их всемогуществе. Но нужно понимать, что регенеративная терапия работает только как элемент комплексного лечения — традиционными методами и методами самой регенеративной терапии. Мы всегда объясняем это своим пациентам.
Кроме того, регенеративная терапия не всегда способна полностью вылечить человека, но то, что она может почти всегда – это уменьшить проявление симптомов или замедлить скорость развития заболевания. Для многих пациентов это очень важно. Например, для пациентов с сахарным диабетом 1-го типа. После курса лечения наступает ремиссия на 0,5 года – год, в течение этого времени некоторые пациенты могут даже отказаться от инсулина, замедляется прогресс заболевания, улучшаются биохимические показатели крови. Но болезнь не исчезает насовсем. Если в случае с переломом костей эффект виден сразу (человеку сняли гипс не через 2 месяца, а через 3 недели), то тут настолько явного результата нет, но пациенту становится легче.
Клеточные технологии, как любой медицинский метод, имеет свои ограничения. Кроме того, аргументом «за» его применение или «против» становятся многие факторы – возраст, сопутствующие патологии, природа заболевания и т.д. А иллюзии часто наносят такой же вред, как и отчаяние.

Справка
В Европе ежегодно проводится 40 000 трансплантаций стволовых клеток, из них около 1000 – клеток, полученных из пуповинной крови. В Испании трансплантация стволовых клеток пуповинной крови составляет 50% от всех трансплантаций клеток.
Покровский банк стволовых клеток – один из крупнейших биобанков России. Сейчас на хранении в нем находится почти 7000 образцов пуповинной крови (3700 – именное хранение, 3200 – бесплатное, регистровое) и почти 1000 образцов мезенхимных стволовых клеток пупочного канатика (именное и регистровое хранение), жировой ткани, костного мозга. По статистике банка, по запросам врачей изымается примерно 10% хранимых биоматериалов.
Вместе с ведущими медицинскими и научными учреждениями Петербурга Покровский банк разрабатывает биомедицинские клеточные продукты в области травматологии и ортопедии, комбустиологии, акушерстве и гинекологии и т.д., проводит научные исследования (в том числе поддержанные грантами) в области клеточной и молекулярной биологии.
В Покровском банке проводятся клинико-лабораторные и молекулярно-биологические исследования, например, пренатальное неинвазивное определение резус-фактора и пола плода по крови матери.

Лично моя жизнь больше никогда не будет прежней. На экране компьютера в огромном увеличении я смотрю на кардиомиоциты в пробирке. Отливающая золотом масса. «Бум, – делает нечто. – Бум». В этой чашке «бьется сердце», выращенное из стволовых клеток. После такой демонстрации рассказ о вполне обозримом будущем, когда, благодаря героиням моей статьи, прозреют незрячие и пойдут парализованные, уже и не кажется фантастикой.

Наш эксперт:
Мария Лагарькова
Доктор биологических наук, заведующая Лабораторией генетических основ клеточных технологий Института общей генетики имени Н. И. Вавилова

Что такое стволовые клетки

«Сказать «стволовая клетка» – это ничего не сказать. Это чуть-чуть более узко, чем просто клетка», – объясняет доктор биологических наук Мария Андреевна Лагарькова. Сам термин в начале XX века предложил российский ученый Александр Максимов. Уже тогда про предмет этой статьи было кое-что понятно. Многие клетки имеют гораздо более короткую жизнь, чем организм. Кровь возобновляется тоннами. В тканях кишечника и кожи тоже все время бурлят новые жизни.

Стволовые клетки (СК) сидят до поры до времени в специальных местах, которые называются «нишами», и, когда нужно, начинают делиться. Во взрослом организме их, разных, много, универсальной не существует. В каждой ткани – своя. Стволовая клетка мозга не может создать новую сердечную, гепациты печени и то, из чего рождаются нейроны, – тоже разные единицы. В одной только крови несколько типов клеток, выполняющих совершенно разные обязанности. У одних они защитные, другие доставляют кислород. И для каждой нужен свой источник.

Стволовые клетки крови – первые, получившие широкое применение. Их используют еще с 1970-х годов, но, правда, не как отдельно выделенные. Пациентам, страдающим лейкозом, у которых вместе с опухолевыми убивают клетки крови, пересаживают костный мозг донора, запуская кроветворение заново. Впрочем, с прошлого века ученые далеко продвинулись в изучении наших чудо-героинь. И за это время вокруг темы возникло немало безумных мифов.

Это интересно: Стволовая клетка может делиться по-разному. В первом случае из нее могут получиться 2 стволовые клетки, которые при дальнейшей специализации будут давать ткань. Это симметричное деление.

При несимметричном один потомок остается стволовой клеткой, а другой – становится той тканью, какой нужно.

Увы, нет. «Когда рождается ребенок, остается плацента с участком пуповины, откуда берется кровь. Если последнюю правильно заморозить, то у младенца будет запас собственных стволовых клеток крови, – рассказывает Мария Лагарькова. – Берут около 70–80 мл, этого достаточно, чтобы восстановить кроветворение ребенка или взрослого до 50 кг».

Конечно, тьфу-тьфу-тьфу, все мы надеемся, что здоровье нас не подведет. И уж тем более ничего не случится с нашими детьми. Поэтому заморозку пуповинной крови давай считать продвинутой страховкой, каско. Которая может помочь потом, например, совершенно незнакомым людям – одному из 10 тысяч (такова совместимость). Банки крови по всему миру создают реестры, и в случае критической ситуации по ним ищут стволовые клетки для заболевшего. Иногда необходимо несколько доноров – подросшие люди обычно весят все же больше полусотни килограммов.

Помнишь, в начале мы говорили, что во взрослом организме универсальных стволовых клеток не существует? Это так. Зато они имеются в период раннего эмбрионального развития – в пятидневном наборе клеток действительно есть недифференцированные стволовые. Доктор Лагарькова предлагает игру на воображение: «Представь себе один воздушный шарик. Оболочка снаружи и 25–30 плюрипотентных клеток внутри. «Плюри» – «много», «потентных» – «потенциал». Вот они – взаимозаменяемы и могут дать любую ткань».

Откуда берутся эмбриональные клетки? Ты наверняка знаешь про ЭКО – экстракорпоральное оплодотворение. Обычно женщине, у которой не получается забеременеть самостоятельно, подсаживают не больше двух эмбрионов – лучших. Остальные хорошие замораживают – их можно будет также использовать для зачатия годы спустя. Но есть и эмбрионы, что плохого качества. Их, с согласия родителей, безвозмездно передают науке. Это и есть эмбриональные стволовые клетки (ЭСК), с которыми работают ученые всего мира. Не надо путать их с абортивным материалом и вспоминать страшные истории «из телевизора».

Для медицины описанные клетки сделали очень много. «У нас нет возможности другим образом изучать эмбриональное развитие. Благодаря им, мы смогли многое понять про то, как развиваются ткани. Все-таки человек – это не большая мышь без хвоста. Подобные исследования необходимы», – объясняет Мария Андреевна.

Вопросы права и этики

В 1980-х эмбриональные клетки были выведены у мыши, а в 1998 году Джеймс Томсон из Висконсинского университета в Мадисоне вывел первую линию человеческих ЭСК. Когда Джордж Буш пришел к власти, он запретил в США государственное финансирование исследований на линиях, полученных после 2001 года. Но на уже существующих, которых достаточно, проводить изыскания можно. Кроме того, в Америке большой процент частных инвестиций в науку. В Англии и Израиле вообще нет запретов, только правила и регламенты.

Самые строгие ограничения на работу с клетками существуют в католических странах, где зигота, то есть оплодотворенная яйцеклетка – не важно, день ей или десять, – уже считается человеком. А потому есть немало мест на планете, где подобные исследования вызывают очень много споров.

В каком-то смысле да. Но не в этом, а точнее, не только в этом прелесть. Из стволовых клеток в отдаленной перспективе можно будет выращивать практически любую ткань. Что не снимает этического вопроса. «Есть также проблема элементарно медицинская, – сетует Мария Андреевна. – ЭСК – потенциально индивидуум, у него есть комплекс гистосовместимости. То есть такие продукты подойдут не каждому человеку, а одному из 10 тысяч. Ученых мира в связи с этим интересовало: можно ли отмотать время назад и сделать из взрослой клетки стволовую? Выяснилось, что да. Клонированная овечка Долли – тому подтверждение».

Читайте также:  Основные правила стратегического мышления для вашего успеха

Чтобы животное появилось на свет, взрослое ядро поместили в яйцеклетку, из которой ее ядро было убрано, и перепрограммировали внесенное в эмбриональное состояние. Делается это буквально физически – под микроскопом с помощью микроманипуляторов. Не то чтобы процесс простой и рутинный, но в целом отработанный. Сейчас в мире разгуливают клонированные животные, а в американских супермаркетах даже продается их мясо. Этот способ помогает сохранять особо ценные качества скота.

Для науки превращение взрослой клетки в эмбриональную имело огромное значение. Например, ученые многое поняли про старение и развитие организма. Шиня Яманака, профессор Института передовых медицинских наук Университета Киото, пошел дальше и придумал использовать методы генной инженерии. Четыре гена с помощью вируса вносят в клетку и репрограммируют ее, превращая в стволовую – индуцированную плюрипотентную (ИПСК). В 2006 году за «коктейль Яманака» ученый даже Нобелевскую премию получил. Все бармены мира позеленели от зависти.

Работает это так: берутся любые клетки, например фибробласты кожи, на них наливают раствор, и миллион стволовых клеток готов. «При этом решаются два вопроса. Во-первых, совместимости. Из любой ткани человека можно сделать подходящие ему стволовые клетки. Нужно немножко крови, кожи или волос. Во-вторых, этический. Никакого разрушения эмбриона и препятствий религиозного характера», – радуется Лагарькова.

Имея на руках недифференцированные стволовые клетки, уже сейчас можно делать многие ткани организма. «Мы знаем, как именно идет путь развития сердца, и можем в пробирку со стволовыми клетками добавлять вещества – белки или малые молекулы (то есть посыпал белый порошок – и получил результат), тем самым направлять развитие клеток. Так мы получим в чашке кардиомиоциты, которые будут биться в определенном ритме», – объясняет мне Мария Андреевна и открывает то самое видео. «Бум», – делают масса в пробирке – и мое сердце.

Польза стволовых клеток

О да. «Большая часть медицинских препаратов, которые сейчас находятся в разработке фармакологических компаний, никогда не выйдет на рынок, потому что они обладают кардио- или гепатотоксичностью – разрушают сердце и печень. Сейчас, чтобы протестировать лекарства, используют раковые клетки (то есть не нормальные) либо мышиные (мы договорились, что мышь – это не совсем человек), – объясняет наш эксперт. – Поэтому хорошо бы иметь нормальные клетки, на которых все можно тестировать. И это уже реально!»

В лабораторных условиях сейчас проводятся эксперименты по лечению болезни Паркинсона. Это нервно-дегенеративное заболевание, связанное с мутациями во вполне определенных генах. Можно взять биопсию кожи больного, сделать индуцированные плюрипотентные стволовые клетки, а из них – нейроны, которые при этом расстройстве повреждены. Создав модель болезни, реально проверить лекарства. Для конкретного человека!

Сейчас это кажется фантастикой, но, поверь, скоро станет реальностью – не только протестировать лечение, но даже исправить мутацию. С помощью специальных технологий, одну из которых изобрел наш соотечественник Федор Урнов, можно сделать вот что. От больного получить клетку, превратить в индуцированные плюрипотентные стволовые клетки, исправить мутацию. Потом дать им возможность развиться в предшественников правильных нейронов и пересадить пациенту. Болезнь потенциально должна пропасть! На мышах подобные вещи уже сделаны для некоторых заболеваний.

Еще одна невероятная история из мира науки. В 2013 году ученые из Института молекулярных биотехнологий Австрийской академии наук (IMBA) создали «церебральный органоид» из стволовых клеток. Еще не мозг, но что-то похожее. У мини-версии есть практическое применение. Исследователи «построили» модель с заболеванием микроцефалия и теперь проверяют, как с ней бороться.

Нобелевский лауреат Яманака, возможно, прямо в эти секунды контролирует ход операции на глазах. При макулодистрофии повреждаются клетки на задней стенке сетчатки, это часто случается с возрастом, а бывает и наследственной проблемой. Выращенные из индуцированных стволовых клеток ткани специальными инструментами подсаживают туда, где есть повреждение. И человеку возвращается нормальное зрение!

В Гарварде команда под руководством Дэвида Джей Мунея на грызунах проверила восстановление зубов с помощью стволовых клеток, на которые воздействуют лазером. Очень хочется верить, что настанет день, когда стоматолог не будет неистово вкручивать штифт в челюсть, а просто мигнет лампочкой и шепнет: «Нижняя шестерка слева, расти!»

Секрет привлекательности Лаймы Вайкуле – крем, в который входят ингредиенты последнего поколения – растительные стволовые клетки, сообщает реклама. На телеканале-который-нельзя-называть диктор тревожным голосом сообщает про онкологию от уколов красоты.

Доктор Лагарькова настроена скептически. «Что касается перерождения в онкологические. Слышала. Это бред собачий. С точки зрения элементарной биологии – бред, – строго говорит ученая дама. – Насколько мне известно, никто никогда и нигде не колол в косметических целях эмбриональные или индуцированные стволовые клетки. То, что предлагается в качестве стволовых клеток в каких-то медицинских учреждениях, – даже не знаю, клетки ли вообще. В косметических целях используются фибробласты – клетки кожи самого человека, – чтобы разгладить морщины. Они не стволовые. Вообще же, для применения клеток в медицинских целях существуют сложные протоколы. Соблюдаются ли они в подобных заведениях, я не уверена. Так что сама колоть бы не стала».

Стволовые клетки-миф)

Я давно увлекаюсь трудами профессора Савельева, это мой любимый доктор по мозгам, лучший в своем деле.

Сергей Вячеславович Савельев — российский ученый, профессор, доктор биологических наук, заведующий лабораторией развития нервной системы Института морфологии человека РАМН.

Так вот, оказывается, что стволовых клеток не существует, все это не более чем миф… способ заработка на незнании пациентов.

Из беседы с профессором:

Стволовых клеток не существует.
— В каком смысле не существует? — я подпрыгнул на стуле, забыв о чае.
— Ни в каком. Их нету в природе. Как эмбриолог вам говорю. После второго-третьего деления, когда зародыш становится четырех-восьмиклеточным, универсальность клеток уже теряется, и они перестают быть способными превращаться во что угодно. А то, что сейчас называют стволовыми клетками, — те, которые выплывают из костного мозга и потом превращаются в лимфациты, эритроциты, макрофаги, — это просто клетки костного мозга, которые превращаются в клетки кроветворного ряда. Это было открыто великим русским гистологом Максимовым сто лет назад. Дальше что? Эти клетки никогда не смогут стать клетками сердца или печени. А то, что мы сейчас наблюдаем, — попытка сделать бизнес на пустом месте. Профанация. Большинство исследовательских работ представляют собой голую фальсификацию. Я вам расскажу, с чего все это началось.
Много лет назад вскрывали женщину, у которой был пересажен костный мозг от мужчины. И на срезах патологоанатом увидел, что пересаженные клетки встроились в инфарктный рубец стенки сердца. Он удивился и тут же написал об этом статью. На западе это принято, они палец порежут — и тут же статью об этом пишут. Все обрадовались: ага, клетки костного мозга встраиваются в сердце и превращаются в кардиомиоциты! А через несколько месяцев автор, подробнее исследовав образцы, написал опровержение: извините, ребята, я использовал очень толстые срезы, а в момент смерти в кровь выбрасываются недифференцированные клетки крови, и я принял такую клетку за кардиомиоцит, они наложились. Но этого уже никто не услышал, потому что дальше потек бизнес, гранты…
Провели огромное количество проверочных работ, которые показали, что если повредить сердце, туда в огромном количестве приходят клетки кроветворного ряда. Но они никогда не превращаются в клетки сердца! Они образуют рубцовую ткань, и на этом все заканчивается. Лечение стволовыми клетками — это типа холодного термоядерного синтеза. Его сначала открыли и много шумели. А потом по-тихому закрыли, так как выяснилось, что случилась детская ошибка в расчетах.
Катрин Верфайл, которой в США в начале девяностых за ее пионерские работы создали целый институт, имела на своем сайте такую картинку: вот она берет жировые клетки и из них, накапав туда чего-то, создает все типы ткани — штук двести новых типов клеток. Ей за такое чудо и создали институт. Но сегодня вы на сайте этого института тех картинок уже не найдете. Потому что это оказалось чистой фальсификацией! Как она была сделана? Берете букальные клетки — клетки слизистой с обратной стороны щеки, помещаете в питательный раствор, и они превращаются в фибробласты, то есть неспециализированные клетки, а попросту говоря, в соединительную ткань. Дальше, чтобы доказать, что эти фибробласты начинают синтезировать что-то полезное, например, хрящ, вы к этим клеткам, которые едят то, что им дадут, добавляете размолотый хрящ. Они его нажираются, потом вы клеточную культуру тщательно промываете и с помощью точнейших молекулярногенетических анализов показываете, что внутри клеток есть белки хряща. Как будто сами клетки его и выработали! Вот, говорите вы, я превратил под воздействием внешнего индуктора клетки фибробластов в хрящ! Так же можно превратить их в клетки «сердца», «мозга». Фибробласты жрут все, что плавает вокруг них, тем и удобны. Они просто наелись и ничего сами не синтезировали. Но впечатление такое, что насинтезировали… Так Катрин Верфайл и получила все двести типов клеток.
Сейчас, повторюсь, ничего этого на сайте Верфайл нет. Остались только стволовые клетки крови, которые ни во что не могут превратиться, кроме как в клетки крови. Чистая профанация. И таких проектов много. Так называемая «стволовая» клетка, взятая у вас со щеки и пересаженная вам же под кожу лица для исправления морщинок, как это делают в Баден-Бадене, приведет к тому, что под вашей кожей образуется мертвая ткань, потому как фибробласты перед смертью образуют коллаген. И симпатичная физиономия стареющей красотки превратится в подобие пятки — смотреть можно, все красиво и гладко, но руками трогать нельзя: очень твердая! А в дальнейшем старение пойдет быстрее и разрушит ее «интерфейс» до уровня старой таиландки.
Теперь еще. Считается, что стволовые клетки могут делиться бесконечно. Бесконечно делящихся клеток в организме нет! С того момента, как сперматозоид попал в яйцеклетку, включился счетчик делений. И более 50–56 раз клетки человека уже не поделятся. Эффект Хейфлика это называется. Как только предел Хейфлика исчерпывается, человек умирает.

Справка: предел Хайфлика, был открыт ученым Леонардо Хайфликом 1961 году, за что он получил Нобелевскую премию.

Предел деления человеческих клеток составляет 52 раза. И ВСЕ)

Вот так не спится мне сегодня… поэтому делюсь тем что нарыла за последний год)

Кстати, клонирование, тоже миф) но об этом в следующий раз.

Ссылка на основную публикацию